Где поставить пьющую мать на учет, которая водит в дом мужиков при детях?

Защищаем права ребенка в школе

Где поставить пьющую мать на учет, которая водит в дом мужиков при детях?

Как правило,  с одной стороны, — незнание, а, с другой стороны, — нарушение прав школьников приводит к конфликтным ситуациям «школа — ученик – родитель».

Как родители могут защитить права ребенка в школе? Рассмотрим несколько примеров.

Гендерное равенство

Гендерное равенство – это когда  каждый человек имеет равные права, независимо от того, принадлежит он к мужскому или женскому полу.

Возможный вариант нарушения – дискриминация по половому признаку: девочкам было приказано мыть полы, а мальчиков отпустили домой.

Справка. Если человека ограничивают в правах и возможностях по половому признаку, то это ничто иное, как дискриминация. Международным правом и российским законодательством дискриминация категорически запрещена.

Что делать?

Попытайтесь решить проблему мирным путем: обратите внимание классного руководителя, что  нельзя налагать больше обязанностей на девочек, чем на мальчиков, предложите не делить учащихся на юношей и девушек, а обратиться за помощью ко всем ребятам.

Если это не поможет, то действуйте по схеме: администрация — управление образования — суд.

Школа и религия

Школа не имеет права принуждать учеников заявлять о своей принадлежности к той или иной религии – это личное дело каждого.

Возможный вариант нарушения – представим себе, что Планом общешкольных или классных мероприятий предусмотрено посещение православного монастыря. Среди учеников есть не только православные, но и мусульмане, буддисты или последователи других религий и это мероприятие может противоречить их религиозным убеждениям.

Справка. Каждый человек имеет право на свободу совести и вероисповедания, т.е. каждый имеет право сам решать, верить в Бога или нет, и какую религию выбрать. Каждый имеет право не только верить или не верить, но и поступать так, как диктуют ему вера или убеждения. Также по разным причинам не все могут открыто сказать о своих религиозных убеждениях и чувствах.

В законе «О свободе совести и о религиозных объединениях» говорится: «Запрещается вовлечение малолетних в религиозные объединения, а также обучение малолетних религии вопреки их воле и без согласия их родителей или лиц, их заменяющих».

Что делать?

Школе необходимо отказаться от проведения мероприятий, имеющих религиозную окраску, ибо  школа не может проводить никакие мероприятия, связанные с религией, например, собирать пожертвования на нужды религиозных общин,  вовлекать учеников в религиозные обряды, т.к. при этом нарушается норма Закона о светском характере образования.

Ученики имеют полное право отказаться от участия в мероприятиях, имеющих отношение к религии.

В случае, если учеников пытаются привлечь к этим мероприятиям принудительно, то следует подать письменную жалобу директору школы, обратиться в управление образованием, к  уполномоченному по праваам ребёнка.

Уважение чести и достоинства школьника

Обучающиеся имеют право на уважение своей чести и  достоинства.

Возможный вариант нарушения разбирательство учителя с учеником в присутствии всего класса или вынесение  на суд класса обсуждение мнений, убеждений ученика без его согласия.

Справка. Публичные разбирательства входят в противоречие с правом обучающихся на уважение своего человеческого достоинства, которое закреплено в Законе «Об образовании» (статья 50, пункт 4), являются оскорбительными и недопустимыми.

 Конституция России устанавливает право на свободу мнений и убеждений: «Никто не может быть принуждён к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них» (статья 29, пункт 3). Кроме того подобные «судилища» наносят детям огромный моральный ущерб.

Применение таких методов воспитания педагогом не допустимо.

Что делать?

Выяснить у учителя суть  конфликта. Переговорил ли заранее педагог с учеником  и получил ли его согласие на публичное обсуждение  его действий.

В случае нарушения законодательства обращайтесь с жалобой к директору школы.

Вы также имеете право обратиться в суд о защите чести и достоинства ребёнка.

 Право на охрану здоровья

Школа несёт ответственность за жизнь и здоровье детей во время учебного процесса.

Возможный вариант нарушения – ученик освобождён от физических нагрузок и об этом имеется справка. Однако учитель физкультуры не принял это во внимание  и поставил  школьнику двойку.

Что делать?

 Учителю физкультуры можно объяснить, что ученику бегать и прыгать после операции – опасно для здоровья.

Обратиться за помощью к классному руководителю и завучу. «Двойка» должна быть отменена, и в будущем таких случаев повторяться не должно.

Если не помогают устные обращения, то пишите заявление директору школы с требованием провести по этому факту дисциплинарное расследование.

Если всё же учитель заставил заниматься ребенка и такая «физкультура» нанесла  вред его здоровью — запаситесь необходимыми документами, и смело идите в суд.

Обязательные  дополнительные занятия, факультативы 

Все дополнительные занятия, такие как кружки, факультативы,  секции и т.д.  могут быть только добровольными.

Возможный вариант нарушения – иногда в школе принуждают детей посещать дополнительные занятия.

Справка. В каждой школе есть учебный план. В нём записано, какие предметы изучаются в данном классе и сколько на эти предметы уделяется времени. Поэтому  никто не может заставить школьника посещать дополнительные занятия. Например, если в учебном плане нет «физики твердого тела» как обязательного предмета, то этот спецкурс можно не посещать.

Что делать?

Исходим из  того, что любой преподаватель высоко оценит ученика, который имеет дополнительные знания, полученные на спецкурсе. При сдаче экзамена по основному предмету, это только пойдёт ученику на пользу.

Если вы опасаетесь, что все же учитель будет относиться к ребенку предвзято, обсудите ситуацию с учителем, завучем школы, напишите заявление директору.

Общественно полезный труд

«Привлечение обучающихся, воспитанников гражданских образовательных учреждений без согласия обучающихся, воспитанников и их родителей (законных представителей) к труду, не предусмотренному образовательной программой, запрещается» — записано и в статье 50 Закона «Об образовании».

Возможный вариант нарушения – детей заставляют дежурить по  классу, по школе, убирать территорию и т.д.

Справка. Статья 37 Конституции РФ гласит: «Принудительный труд запрещён».

Обратите также внимание на формулировку статьи 50 Закона «Об образовании»:  школа должна получить не только согласие самих учеников на помощь школе своим трудом, но и согласие их родителей. Это означает, что школа не имеет права приказывать школьникам брать тряпки в руки и отправляться вытирать лужи в школьных коридорах, участвовать в дежурстве, мести улицы, чистить остановки и лесопарки.

Если следовать букве закона, то даже, если бы сами ученики стояли с тряпками и метлами в руках и умоляли бы разрешить им участвовать в трудовом десанте, то директор не смог бы им этого позволить, пока они не принесут письменное согласие родителей.

Что делать?

Если школа всё же принуждает ученика дежурить, убирать территорию школы или общественные места, то родители  могут обжаловать действия школы.

Можно обратиться к директору с письменной жалобой на действия классного руководителя, который заставляет детей выполнять работу, дежурить по классу, мыть полы, заступать на «пост номер один». Если директор откажется освободить ребенка от дежурств, работ – пишите жалобу в управление образования и органы по защите прав ребёнка.

Если и это не поможет, родители могут подать на школу в суд.

Иногда ссылаются на  Устав школы. Прочитайте его и убедитесь, что такая норма там действительно есть. Очень вероятно, что её там не окажется. Но в любом случае Устав школы не может противоречить Закону и Конституции.

Если противоречие есть, то нужно руководствоваться не Уставом (или приказом директора, или неким положением), а именно Конституцией и Законом. При этом родители могут обратиться к учредителю, а также в прокуратуру.

Если школе действительно требуется помощь, то она может обратиться к ученикам  с  просьбой, а не приказывать. Школьники вправе самостоятельно решить, откликнуться на просьбу школы или нет.

Также заранее следует  выяснить позицию родителей по вопросу привлечения их детей к труду. Это относится не только к экстренным случаям, но и к обычным дежурствам, генеральным уборкам и прочим «трудовым десантам».

Обратите внимание, что даже если ребёнок трудится на благо школы по своему собственному желанию,  согласие родителей необходимо.

Если родители не согласны с привлечением детей к общественно  полезному труду, то у них есть все основания жаловаться на школу не только в органы управления образованием, но и подать в суд.

Самообслуживание в школе, конечно,  должно быть, но искать решение этой проблемы нужно вместе с учениками, правозащитниками и родителями обучающихся,  руководствуясь действующим законодательством.

Право на образование

Все граждане России имеют конституционное право на образование.

Возможный вариант нарушения – удаление ученика с урока или не допуск до занятий.

Справка. Учитель не имеет права не пускать ученика на урок или выгонять его из класса. У учителя нет права произвольно решать это.

Если ученик пришёл в нетрезвом виде или начал громить школьную мебель – тогда учитель обязан реагировать: вызывать администрацию школы, полицию и других специалистов, которые из рук в руки примут ученика у педагога и продолжат с ним работать.

Но когда поведение школьника не представляет никакой опасности, учитель обязан пустить его в класс. Учить школьника — это его обязанность, работа, за которую ему платит деньги государство.

Что делать?

Если такое произошло, постаратесь выяснить все обстоятельства конфликта.

Если вы установили, что ваш школьник всё же нарушил Правила для учащихся, то почитайте Устав вашей школы, и узнайте, какие меры наказания за это предусмотрены. Такого наказания как отстранение от урока в них не должно быть.

Напишите жалобу директору школы. Если и после этого ситуация не изменится, подайте жалобу в управление образования с ходатайством о проведении дисциплинарного расследования. Закон «Об основных гарантиях прав ребёнка в Российской Федерации» даёт на это право.

Уважаемые родители! Не позволяйте унижать себя и своих детей! Научите детей постоять за себя.

При подготовке были использованы материалы ряда интернет-сайтов

Защищаем права ребенка в школе

Источник: https://eduinspector.ru/2012/10/06/uvajaem-i-soblyudaem-prava-rebenka/

Мама без прав и обязанностей. Борисовчанка хочет вернуть потерянных детей вопреки решению суда

Где поставить пьющую мать на учет, которая водит в дом мужиков при детях?

«Раньше я не думала, что в моей жизни случится ситуация, из которой нет выхода. А теперь поняла, что меня настигла настоящая беда и остается только кричать.

Я понимаю, что в создавшейся ситуации огромная моя ошибка, и никого, кроме себя, я не виню. Но так хочется все исправить». Сегодня мы расскажем историю Анастасии из Борисова. Год назад в ее жизни были трое детей и мужчина в запоях.

Теперь эту историю в толковом словаре можно разместить напротив слова «тупик».

Девятиэтажная панелька в райцентре вызывает одно желание: сломать что-то и начать все сначала. На одном из этажей то ли живет, то ли готова проживать 29-летняя Настя. Она бы и рада начать что-то сначала, но как перезапустить несколько жизней сразу?

В прихожей стоит слишком много пар обуви для двухкомнатной квартиры. По информации, подготовленной для суда, здесь живет брат нашей героини со своей женой и двумя детьми.

Во второй комнате готова жить Настя с тремя своими. Говорит, что еще есть место для попугая и аквариума, но органы социальной опеки в это не верят. И трое Настиных детей сегодня живут в приюте.

Даже уже не Настиных: молодая мама была лишена родительских прав.

История Насти совершенно провинциальна. После школы ее немного поболтало по жизни, и к 18 годам девушка устроилась работать продавцом. Чуть позже встретила своего первого мужа и родила сына и дочку — сейчас им 9 и 7 лет.

— Муж выпивал, это у него семейное. Мы разошлись, — рассказывает Настя. Место первого мужа занял второй мужчина, который тоже оказался не сокровищем, разве что с его помощью родилась еще одна дочка.

— Год назад у него умерла мать, и он стал прикладываться к бутылке. Я даже уходила из дома иногда, чтобы сохранить лицо в целости. Детей он не трогал, а меня ревновал к каждому столбу.

Хотел стать программистом, купил компьютер в кредит, но больше играл в танки.

Компьютер вместе с микроволновкой вскоре забрали в счет уплаты долга по кредиту, и гражданская семья продолжила вести полную проблем жизнь на пособие по уходу за детьми, пенсию бабушки и нерегулярные алименты от первого мужа Насти.

— Когда начинали жить, ничто не предвещало такого поведения, — объясняет обычная женщина выбор обычного мужчины. — Он работал, получал деньги, а потом…

Потом о ссорах и шуме сообщили соседи — всего лишь в школу. Но этого оказалось достаточно, чтобы государственный механизм социальной защиты забил тревогу. Настя не упирается: гражданский муж пил. Но она категорически пытается избавиться от стереотипа, по которому осудили ее семью.

Спустя короткое время в гости пришла комиссия, чтобы проверить условия жизни детей в шумной семье.

— Написали межведомственный план из нескольких пунктов. По одному из них я должна была пройти лечение от алкогольной зависимости. Какой зависимости? У меня ни одного привода в милицию. Я, как обычный человек, могла выпить, но никогда не злоупотребляла.

Настя по памяти перечисляет остальные пункты: уйти от гражданского мужа, улучшить материальное положение, а также создать достойные условия для жизни и учебы детей.

Анастасия стала исправлять все поздно и как-то невпопад. В группу анонимных алкоголиков мама троих детей не пошла: «было стыдно и бессмысленно».

— Вместо этого вопреки рекомендациям врачей я сделала укол дисульфирама — препарата, несовместимого с алкоголем. Заплатила и укололась. А как еще доказать, что я не алкоголичка? Думала, что суд примет это как доказательство.

Потом молодая мама наконец заняла 582-е место в очереди на жилье для многодетных семей. Почему не становилась на очередь раньше? Руки не доходили, угол ведь был.

И только в конце января этого года она бросила своего мужчину, когда детей уже забрали в приют (не лишили Настю родительских прав, а забрали детей на время, пока семья справится с причинами проблем).

Когда дети попали в приют, Настя автоматом получила штамп в паспорте о том, что она обязана возмещать расходы на содержание детей.

— Устроиться работать продавцом я не могла: никто не брал. Думала в Минске работу найти — нельзя по статусу. Инспектор по делам несовершеннолетних помог мне хорошо трудоустроиться. С 13 апреля я работаю на БАТЭ, делаю крышки для стартеров — прессовщик изделий из пластмасс. Получаю около 450 рублей.

70% зарплаты Настя отдает…

— Не отдаю — забирают, — зачем-то поправляет борисовчанка. — На руки выходит 130 рублей. Ни кредит, ни рассрочку с моим штампом в паспорте получить невозможно, а от меня требуют много, чтобы все было идеально. Когда я верну детей, то сразу начну получать полную зарплату. Все станет лучше.

— Но тогда вам придется содержать детей. Вряд ли это обойдется дешевле 300 рублей.

— Но эти деньги я буду тратить на детей, а не на государство.

— Государство же тратит ваши деньги на детей, разве не так?

— Там их, думаю, не балуют. 450 рублей — достаточно для Борисова. Плюс алименты будут.

Настя ведет нас показывать комнату, которую приготовила для детей. В ней спальные места для троих малышей и мамы плюс стол. Места мало, но Настя уверяет, что раньше здесь было куда положить и гражданского мужа (до переезда к нему).

Проблема в том, что отдел образования не поверил в такое улучшение жилищных условий.

— Мы сходили к ним, — рассказывает заведующий сектором охраны прав детства отдела образования спорта и туризма Борисовского райисполкома Сергей Горелик. — Нам показали вещи детей, продукты.

Но проблема в том, что Анастасия по этому адресу постоянно не проживала, нам показывали вещи семьи ее брата.

Так же можно и в номер пятизвездочной гостиницы привести и сказать: вот здесь я планирую жить с детьми.

Сейчас уже поздно, и мы думаем о том, как сделать хорошо детям, а не Насте.

Настя сегодня на самом деле живет с новым молодым человеком у него дома. На этот раз парень — совершенно непьющий предприниматель.

— Он очень помогает мне. И мама его тоже. Иначе руки опустились бы.

Настин бойфренд уверен в ее правоте.

— Умеют они палки в колеса вставлять. На 450 рублей никак не получится содержать семью. Если ей на пути попались такие мужчины, дети тут при чем? Зачем лишать их мамы?

В июле районный суд вынес решение: лишить родительских прав и первого мужа, и второго (гражданского), и саму Анастасию. Теперь она — исключительно биологическая мама, отношения к детям с юридической точки зрения не имеющая. Чтобы увидеться с ними, ей нужно разрешение.

— Дети спрашивают про решение суда, а я увиливаю, чтобы не расстраивать их, — рассказывает Настя. — Дошли слухи, что на младшую дочку уже положили глаз приемные родители. Приглашают телевидение и просят читать на камеру текст «Найди меня, мама». Старший сын расплакался и сказал, что ничего говорить не будет, что хочет к родной.

Анастасия подала кассационную жалобу в областной суд, но решение районного тот оставил в силе.

— Конечно, я чувствую себя виноватой. Надо было уходить от гражданского мужа и создавать условия для детей. А я все тянула.

— Что мешает в течение года уйти от пьющего и агрессивного мужчины?

— Не знаю. Точно не лень. Надежда на то, что исправится. Прощения просил. Жалость. Вот так. Сейчас хочу одного: детей — домой, а папаш — в черные списки.

Сергей Горелик — сотрудник райисполкома и тот самый чиновник, который приходил в комнату Насти проверять новые условия для жизни детей, — говорит:

— После поступления сигнала о проблемах в семье Анастасии (а все началось в апреле 2015 года) был составлен межведомственный план по устранению их причин. Ей давалось шесть месяцев. После этого комиссия снова проверила семью.

В итоге пришли к выводу, что детей лучше поселить в приют как нуждающихся в государственной защите. Родителям снова дали около полугода на исправление. Только после этого мы обратились в суд с иском о лишении родительских прав.

То, что детей Анастасии забрали в приют, не запрещало ей посещать их. Это тоже критерий для суда. Если родители в нормальном виде приходят к детям, все только рады. Но за три месяца после этого решения Анастасия приходила к детям трижды (в апреле — ни разу). Не говоря уже об отцах.

Об этом, оправдываясь, рассказала сама Настя:

— Был период, когда детей не навещала: около трех месяцев ходила редко. Мне было стыдно, я искала работу. Сложно было успеть уложиться в их график посещений. Не приходить же на пять минут. Каждый человек вправе судить…

Сергея Горелика такие аргументы не устраивают:

— У всех свои причины. Никто человека не заставляет силой заводить семью с мужчинами, у которых проблемы с алкоголем и которые к тому же подвергали риску собственных детей. Ей не раз говорили о необходимости думать о детях, но она выбирала отношения.

— В такой ситуации вообще можно исправить эти ошибки? Детям, конечно, нужен материальный комфорт, но как устроить его на оставшиеся от зарплаты 100—150 рублей? Даже если не становиться ни на чью сторону, понятно, что это невозможно.

— Это не внезапно сложившаяся ситуация. У нее был год. Большинство аналогичных ситуаций исправляются на первом этапе. Человеку оказывается и моральная, и материальная помощь. Если есть желание сменить образ жизни, человек его меняет. Сейчас уже поздно, и мы думаем о том, как сделать хорошо детям, а не Насте.

Как только решение суда вступит в силу, приоритетом станет усыновление детей. Если форма будет тайной, их общение с биологической матерью прекратится.

Бывают случаи, когда родителей восстанавливают в правах. Редкие случаи, скажу честно. Для этого родителям нужно устранить все причины проблем и убедить в этом суд. Если дети к этому моменту не нашли новую семью, их можно вернуть.

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Источник: https://people.onliner.by/2016/09/28/children

  • на
  • ВКонтакте
  • в Одноклассниках

Алена (имя изменено) на учете соцслужб уже два года. Она мама двоих маленьких детей –  5 и 3 года, растит их одна.

Муж по работе большую часть времени проводит не в Беларуси, а мать, на поддержку которой женщина рассчитывала с детьми, недавно умерла.

Алена рассказывает, что однажды “не выдержала и сорвалась”, потому и оказалась под контролем. На интервью мама согласилась только на условиях полной анонимности.

Тяжело вспоминать то время. Я была все время одна, много времени уделяла детям, старалась их полноценно развивать, вести дом.

А дети в таком возрасте, понятно, не всегда слушались, иногда очень сильно безобразничали. И мои нервы не выдерживали. Когда они утопили в унитазе мой очередной новый телефон, я орала, наверное, на весь подъезд.

А соседи вызвали милицию. С этого, собственно, и началось мое знакомство с соцслужбами.

Подробности того дня женщина вспоминать не любит. Признается: да, сорвалась! Кричала на детей в квартире, потом на лестничной площадке, куда они выбежали практически голыми. Что кричала, не помнит. Но сильно напугала соседей, с которыми у нее и до этого эпизода были не очень теплые отношения. И те вызвали милицию.

Все закрутилось очень быстро: Алену отправили для обследования в Новинки, а детей забрали в приют. Выйдя оттуда с заключением “здорова”, молодая мама еще несколько дней обивала пороги всех служб, чтобы ей разрешили увидеться со своими детьми и забрать их домой.

Алена говорит, что самым страшным последствием для нее стало  отношение, которое возникло к ее семье в детском саду.

Заведующая, психолог, логопед стали часто делать замечания по поводу ее старшей дочери: “ваша девочка плохо говорит”, “у вашей девочки отставание”, “о чем вы думаете?”, “как вы занимаетесь?”, “покажите”, “распишитесь”, “придите на беседу, тестирование, заполните бумаги”, “знаете, вам лучше перейти в другой садик, там ребенку будет лучше”.

Из позитивной и общительной женщины я постепенно превращалась в “ежика”. Я и сейчас готова выпустить иголки в любой момент, ведь по-другому защититься не могу.

“Обвиняли в том, что дети не ходят в садик”

В тот период мама хотела отдавать в детский сад и младшего сына, но изменила свое мнение. Решила, что ему лучше и комфортнее будет дома, рядом с ней. Дочку она тоже водила в садик нерегулярно.

Вместо этого она возила детей по кружкам и развивающим секциям: бассейны, шахматы, гимнастика, теннис и логопед. По ее словам, соцработникам это не понравилось.

Меня обвиняли в том, что мои дети не ходят в садик, а значит, я их не развиваю. Говорили: “Не надо никуда их водить, у нас же все есть на месте, все занятия. А то, что вы водите – только хуже делаете. Хорошо ребенку только в садике может быть.

Алена выбрала  кружки для детей в других районах города. И гуляла там с ними, чтобы находиться там, где ее не знают, и не слышать вопросов из разряда: “А где ваш муж?”, “А почему так одеты ваши дети?”, “А на что вы живете?”, “А почему вы не в садике?”

В поликлинике отношение очень внимательное

В детской поликлинике карточки ее детей хранятся отдельно, рассказывает Алена. Отношение к детям очень внимательное: любая царапина или синяк у ребенка вызывают вопросы.

Алена признает, что отчасти понимает такое поведение специалистов из соцслужб. Она минимально идет на контакт, а на любые замечания в свой адрес реагирует эмоционально.

Да, теперь я везде вижу врагов. Когда в поликлинике я как-то пожаловалась на то, как мне сложно, что я не успеваю все делать с детьми сама, я  ожидала поддержки и сочувствия, но ко мне домой снова вызвали соцслужбы. На тот момент я была уже снята с учета. Но меня снова на него поставили. Сказали, что не могу с детьми справиться сама. И они в заведомо опасном положении находятся.

Проверяют каждый сантиметр

Когда специалисты придут к ней домой,  женщина обычно не знает. Говорит, что ее планами никто не интересуется: “Мы и не обязаны перед вами отчитываться”.

Приходят в 14.30, дети как раз укладывались спать и почти заснули. Естественно, поднялись, бегают, шумят, капризничают. Комиссия спрашивает: что с детьми? Почему они так неадекватно себя ведут? Проверяют все, каждый сантиметр жилого помещения.

Поломанная ручка шкафа или непостиранные колготки могут стать причиной продления учета. Находят пыль в каком-нибудь дальнем углу и  пишут об ужасных условиях. А я ничего не могу доказать. Как-то, когда в составе комиссии пришла к нам домой заведующая детсадом, она буквально всунула голову ко мне в унитаз.

И смех, и грех. Ну что, скажите мне, она ожидала там увидеть? 

Алена очень ждет, чтобы ее детей поскорее оставили в покое. Спрашивает: “За что мне такое?” и подумывает о том, чтобы продать квартиру и переехать в другой район. Потому что там, где она живет, на ней уже “стоит клеймо”.

Мечтает выйти на работу

Также, по ее словам, она  мечтает  устроиться на работу. Младшему ребенку уже 3 года, пособие не выплачивается, а зарплаты мужа, которую он присылает семье, на все не хватает. Но пока резюме и походы на собеседования не дают результата. И молодая мама очень боится, что работодатели, узнав о ее маленьких детях и социально-опасном положении, будут ей всегда отказывать.

Меня уже постоянно спрашивают о работе, о том, почему я не устраиваюсь куда-нибудь. Боюсь, как бы в ближайшее время эта тема не стала очередным обвинением в мой адрес.

Соседка Оксана: “Лучше бы няню социальную пригласили, а не изводили контролем”

Оксана тоже мама, и у нее маленькие дети. И живет она в соседнем доме с Аленой, часто видит ее на детских площадках. У нее свое мнение по поводу того, чем соседка не угодила соцработникам.

Для меня в какой-то момент было удивительным, что эта мама попала на учет соцслужб. Не пьет, не курит, любит детей, квартира большая и удобная, водит детей в кучу кружков. Что тут не так? А потом поняла. Алена – не такая, как все.

Она слишком отличается от большинства мам.

Она быстро бегает по всему городу с детьми, а не дефилирует на каблуках и при макияже, громко разговаривает со всеми, кого встречает (включая незнакомых), активно жестикулирует, взбирается со своими детьми на деревья и прыгает с ними в фонтаны.

А еще мне показалось, что она глубоко одинока. И постоянно ищет поддержки и общения у других людей – и на детских площадках, и в целом в жизни. Однако из-за ее излишней эмоциональности и “непохожести” на других, ее чаще отталкивают.

Она все время одна, с мужем я ее вижу редко. Даже когда дети болеют, чтобы сходить в аптеку, магазин или поликлинику, она тащит их с собой, вне зависимости от их состояния здоровья, насколько я поняла, оставить их не на кого. Неудивительно, что у нее такие эмоциональные качели внутри.

Мне кажется, идеальной помощью для таких людей была бы социальная няня, к которой мама могла бы обратиться раз в неделю на несколько часов, или какая-то группа поддержки, а не постоянный контроль.

За что можно попасть на учет соцслужб?

Согласно официальной статистике, ежегодно около 22 тысяч детей в Беларуси признаются находящимися в СОП (социально опасном положении). Соцслужбы держат под контролем не только родителей-алкоголиков и наркоманов. Среди факторов повседневной жизни детей, которые могут восприниматься, как “опасные”,  выделены и такие как:

  • отсутствие у ребенка четкого режима для занятий;
  • непосещение ребенком учебных занятий без уважительных причин;
  • отсутствие у родителей/родителя постоянной работы или постоянного официального дохода;
  • бытовые проблемы (отсутствие у ребенка спального места и места для игр и учебы);

Сотрудники соцслужб имеют право прийти с проверкой и оценить состояние “опасности” детей в самых разных жизненных ситуациях. В том числе при разводе родителей, любом правонарушении со стороны родителей, совершенном теми в состоянии алкогольного опьянения или даже без, а также при травмах ребенка, с которыми родители обращаются к медикам.

Источник: https://rebenok.by/articles/stature/psycho/25592-oni-prikhodyat-kogda-khotyat-i-pridirayutsya-k-kazhdoi-pylinke-istoriya-mamy-kotoraya-popala-na-kontrol-sotssluzhb.html

Закон для всех
Добавить комментарий