Срок давности преступления, какие доказательства нужны

Согласие с прекращением уголовного дела предложили считать доказательством вины // КС рассмотрел жалобу Александра Певзнера на конфискацию картины

Срок давности преступления, какие доказательства нужны

Конституционный суд (КС) рассмотрел жалобу коллекционера Александра Певзнера в связи с конфискацией принадлежащей ему картины Карла Брюллова «Христос во гробе».

Уголовное дело по статье Уголовного кодекса (УК) о контрабанде было прекращено в связи с истечением срока давности, но картину собственнику так и не вернули, посчитав ее орудием преступления.

Конфискация — карательная мера, которую можно применить, если виновность лица доказана, считает автор жалобы. Но его вина не была установлена, поэтому изъятие картины — незаконное лишение собственности. С этим категорически не соглашались представители органов власти.

Они считали, что если Александр Певзнер согласился с прекращением уголовного дела по давности, то фактически признал свою вину. Конфискация картины его прав не нарушила. Свое решение КС объявит дополнительно.

В 2013 году Выборгский городской суд Ленинградской области прекратил уголовное дело в отношении коллекционера Александра Певзнера в связи с истечением срока давности уголовного преследования. Коллекционера обвиняли в контрабанде в 2003 году картины Карла Брюллова «Христос во гробе». При этом на основании п. 1 ч. 3 ст.

81 УПК о вещественных доказательствах картина была конфискована как орудие преступления. В 2014 году Ленинградский областной суд и его президиум признали конфискацию картины незаконной, постановив вернуть ее коллекционерам. Но в апреле 2016 года ВС исключил из судебных актов указание о возвращении картины (см. здесь).

Такой подход допускает незаконное лишение собственника его имущества, отмечает в своей жалобе в КС Александр Певзнер.

Его представитель Михаил Крупский во время заседания говорил о том, что конфискация является мерой уголовно-правового характера и носит карательную функцию.

Но при прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности вопрос о виновности Александра Певзнера не решался, поэтому карательная мера в виде конфискации несправедлива, а норма УПК, позволяющая это делать, не соответствует Конституции.

С тем, что норма УПК неконституционна, не согласился ни один представитель органов власти в КС. Так, Представитель Президента Михаил Кротов считал, что прекращение уголовного дела в этой ситуации не является свидетельством незаконности уголовного преследования.

Оно говорит лишь о том, что государство отказывается от доказывания виновности, хотя основания для этого сохраняются. А Татьяна Касаева из Госдумы говорила, что прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков возможно только с согласия обвиняемого.

Если он не согласен, то может потребовать полноценного судебного разбирательства. Согласие же означает отказ от судебной проверки обоснованности выдвинутого обвинения, уверена Татьяна Касаева.

Такое же мнение высказала Наталья Евдокимова из Совета при Президенте по развитию гражданского общества и правам человека и Татьяна Васильева из Генпрокуратуры. Обвиняемый «согласился с тем, что совершил преступление, иначе не было бы прекращения. Это очевидные вещи», — сказала она.

По словам Татьяны Касаевой, прекращение уголовного дела «не меняет правовую оценку деяния как преступления» и не освобождает от обязательств по возмещению ущерба и компенсации вреда.

А Андрей Клишас из Совета Федерации на уточняющий вопрос Михаила Крупского о том, считает ли сенатор прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям доказательством вины обвиняемого, ответил: «Да, соглашаясь на прекращение, он признает свою вину».

Положения ст. 81 УПК — не единственная жалоба, с которой Александр Певзнер обратился в КС. Вторая жалоба касается ст. 401.6 УПК о повороте исполнения к худшему в кассации. Норма допускает такой поворот не позже года с момента, когда вступил в силу обжалуемый акт.

Однако понятие «ухудшение положения лица» в ст. 401.6 УПК не разъяснено. В деле Александра Певзнера ВС не посчитал конфискацию картины таким ухудшением и согласился с ее изъятием спустя год.

Это ведет к произвольному вмешательству в право собственности, говорил Михаил Крупский в заседании в КС.

//www.youtube.com/watch?v=Z0A43EUFM2o

Мнения его оппонентов также были единодушны и по этому вопросу. Они считают, что ухудшение положения может касаться только вопросов квалификации деяния, объема наказания и порядка его отбывания. А так как конфискация — не наказание, то ухудшение положения при пересмотре в ВС не произошло.

Гульнара Исмагилова, Закон.ру

Источник: //zakon.ru/Discussions/soglasie_s_prekrascheniem_ugolovnogo_dela_predlozhili_schitat_dokazatelstvom_viny__ks_rassmotrel_zha/57215

Что говорят юристы о споре между Rambler Group и nginx — Право на vc.ru

Срок давности преступления, какие доказательства нужны

Имеет ли право Rambler заявлять о нарушении авторских прав спустя 15 лет, что будет доказательством преступления и какие риски влечёт дело для компании nginx и купившей её F5 Networks.

12 декабря в московском офисе и дома у основателей компании nginx прошли обыски в рамках уголовного дела о нарушении авторских прав, возбуждённого по заявлению холдинга Rambler Group.

Компания nginx с 2011 года разрабатывает веб-сервер с открытым исходным кодом, которым пользуется 37% всех сайтов. Автор разработки и сооснователь nginx — бывший системный администратор Rambler Игорь Сысоев.

По словам представителей холдинга, исключительные права на сервис принадлежат Rambler Group, поскольку Сысоев разрабатывал продукт во время работы в компании.

Сысоев рассказывал, что создавал nginx в свободное от работы время, а разработка ПО не входила в его обязанности в Rambler.

Весной 2019 года основатели продали nginx компании F5 Networks. Сумма сделки составила $670 млн.

Ведение дела Rambler Group передала компании Lynwood Investments — в 2018 году издание РБК писало, что она связана с совладельцем холдинга Александром Мамутом. Эту информацию подтвердил источник vc.ru. В августе 2019 года Мамут продал «Сбербанку» 46,5% Rambler Group.

Специалисты правозащитной группы «Агора» и юридической компании O2 Consulting ответили на вопросы vc.ru о том, что может грозить основателям и новым владельцам nginx и какие доказательства нужно собрать Rambler Group для подтверждения претензий.

Могли ли правоохранители возбудить дело из-за событий 15-летней давности

По словам правового аналитика правозащитной группы «Агора» Дамира Гайнутдинова, для статьи 146 УК РФ, по которой идёт дело, срок давности составляет десять лет с даты совершения преступления. При этом не имеет значение, когда именно создано произведение: срок считается с момента незаконного использования объекта.

Партнёр компании O2 Consulting Наталья Кузнецова уточняет, что так как программа nginx используется и распространяется сейчас, для правоохранительных органов это может означать — преступление совершено только что.

Почему дело рассматривается как уголовное, а не гражданское

Нарушение авторских прав можно рассматривать не только по уголовному законодательству, но и по гражданскому, говорят эксперты.

По какой причине следствие возбудило именно уголовное дело, неизвестно. По словам Кузнецовой, так можно получить доказательства нарушения с помощью обысков, которые не проводятся при гражданско-правовом споре.

При этом она отмечает, что рассмотрение дела как уголовного может служить давлением на одну из сторон конфликта.

Как Rambler может доказать нарушение прав

Претензии компании основаны на том, что программа — это служебное произведение, так как Игорь Сысоев работал в Rambler, когда писал код nginx. Тем не менее в компании Сысоев был системным администратором, в его должностные обязанности не входило написание кода.

«Доказывать, что программа — это служебное произведение, придётся Rambler, а не Сысоеву и nginx», — поясняет Кузнецова.

Компании нужно будет доказать, что во время работы Сысоеву было поручено решить проблему плохо работающих сайтов из-за большого количества пользователей — и для этого он разработал nginx.

Правовой аналитик правозащитной группы «Агора» Дамир Гайнутдинов считает, что доказать нарушения Сысоевым компания может с помощью:

  • Трудового договора Сысоева, предусматривающий создание программ, и приказа с поручением создать конкретную программу с заданными характеристиками.
  • Договора авторского заказа, предусматривающего передачу исключительных прав на программу Rambler.
  • Документов, свидетельствующих о том, что Сысоев использовал ресурсы Rambler при создании программы, а также трудился над ней в рабочее время.

Юрист Андрей Бодиловский из компании B&B писал, что для передачи прав на ПО компания также должна заплатить разработчику авторское вознаграждение.

Кузнецова и Гайнутдинов не готовы оценивать исход спора на этом этапе.

«Нужно дождаться хотя бы первого судебного разбирательства», — считает Кузнецова.

Риски для компании nginx и её владельца F5 Networks

По словам Кузнецовой, в России нельзя привлечь юридические лица к уголовной ответственности, поэтому сейчас nginx не следует опасаться последствий.

Она считает, что риски есть для основателей nginx и её директоров. Сейчас они проходят по делу как свидетели, в котором не указаны имена преступников. После расследования это может измениться.

Гайнутдинов уточняет, что по статье 146 УК РФ дело относится к тяжким преступлениям, а наказание за него — до шести лет лишения свободы.

Вместе с тем компанию nginx могут привлечь к административной и гражданско-правовой ответственности. Тогда, как говорит Кузнецова, итоговые суммы претензий могут оказаться гораздо больше, чем заявляемые сейчас 50 млн рублей.

«С учётом наличия иностранного элемента (права на веб-сервер nginx принадлежат американской компании F5 Networks — vc.ru) рассмотрение спора точно не будет простым. Если Lynwood Investments выиграет спор в России, не факт, что она сможет исполнить это решение в США и взыскать большой штраф с nginx», — считает Кузнецова.

Для F5, как покупателя, недавно заплатившего $670 млн, претензии Rambler крайне неприятный сюрприз. Наверняка договор купли-продажи акций компании nginx предусматривал подробные гарантии всех продавцов или как минимум основателей в отношении прав на IP.

Это даёт F5 право требовать возмещения убытков от тех, кто такие гарантии давал, а, возможно, и право развернуть сделку. Претензии Rambler вряд ли могут быть предъявлены к F5 как к акционеру nginx, но наличие таких претензий существенно влияет на стоимость актива.

Также это может повлечь прямые финансовые потери для F5: например, в случае банкротства nginx или возникновения необходимости дофинансирования компании для покрытия сумм, взысканных судом.

Схожие дела о нарушении авторских прав

Ситуация с Rambler и nginx не единственный случай между работодателем и бывшим сотрудником, когда возникают споры об авторском праве.

Однако доказать, что специалист создал проект в рамках работы, оказывается трудной задачей, поэтому не во всех случаях суд принимает сторону работодателя.

1. Дело о медицинском мессенджере

Программисты работали в компании «Амедико» по трудовому договору. Во время работы они создали мессенджер Medsenger.

После увольнения бывшие сотрудники создали компанию «ТелеПат», задепонировали (передали на хранение) созданную ими программу и стали вести бизнес на её основе. «Амедико» обратилась с иском в суд о нарушении исключительного права на программу для ЭВМ.

  • Документы, подтверждающие наличие служебного задания (технического задания).
  • Доказательства создания программы определёнными субъектами.
  • Акты приёмки-передачи служебного произведения.
  • Иные документы, свидетельствующие о создании программы в рамках исполнения трудовых обязанностей.

Итог: суд встал на сторону программистов.

2. Дело фотографа

Фотограф обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю и издательству о взыскании компенсации за нарушение авторского права.

В магазине, принадлежащем ИП, истец приобрел фотоальбом, в котором есть его работы. Указанные фотографии он сделал во время служебных командировок, когда работал корреспондентом центральной газеты погранслужбы.

В его служебные обязанности входила подготовка статей, а фотографии автор сделал по собственной инициативе и на своём оборудовании.

Итог: суд встал на сторону фотографа и признал, что его права на фотографии нарушены.

3. Антон Мамичев против Veeam Software

Во время работы в «Интервим», дочерней компании Veeam Software, Мамичев создал программу eLearning Metadata Manager.

После ухода Мамичева из компании «Интервим» удалил из программы все элементы знака охраны авторского права, в том числе подпись автора. По мнению компании, разработчик написал программу в рамках служебных обязанностей.

Источник: //vc.ru/legal/97188-chto-govoryat-yuristy-o-spore-mezhdu-rambler-group-i-nginx

Закон для всех
Добавить комментарий